Моногорода могут стать площадкой для модернизации русской экономики...

Моногорода могут стать площадкой для модернизации русской экономики и реализации почти всех инноваторских инфраструктурных проектов. И сначала власти на этих территориях внимание должны уделить комплексным инвестпланам. Основной задачей становится вербование личных инвестиций. На данный момент их размер составляет около 20 млрд руб.

Сейчас в Рф к моногородам, по данным Экспертного института, относятся 467 городов и 332 поселка городского типа. В их проживает ни мало ни много практически 5-ая часть населения страны – 25 млн человек. Фаворитные по количеству монопрофильных городов отрасли можно найти и без взора на статистику. Это – металлургия, также создание транспорта и оборудования, энергетика и добыча нужных ископаемых.

Как это ни печально, «города при заводах» равномерно стают жертвами конфигураций экономической конъюнктуры. Далековато не все городка с приставкой «моно» растут и развиваются c подабающим результатом. Даже в США, в стране с одной из более мобильных систем расселения, можно высчитать сотки городов-призраков – бывших моногородов, которые разваливаются, будучи покинутыми своими жителями. Моногорода оказываются в упадке – и по отраслевому, и по географическому признаку. Чтоб избавиться и от того, и от другого, русские власти в 2009 году приняли специальную програмку по модернизации моногородов, которую сейчас курирует Минрегионразвития. В рамках данной программы в прошедшем году значимая поддержка размером в 22,7 миллиардов руб. была оказана 35 моногородам. Как не раз заявлял премьер-министр Владимир Путин, к 2015 году правительство планирует организовать в моногородах более 200 тыс. рабочих мест.

За 2010 год во многом благодаря реализации программы в моногородах было сотворено выше 434 тыщ временных рабочих мест (это 13% от всего экономически активного населения). Результаты могли бы быть и лучше. Но вся модернизация зависит сначала от состояния экономики моногорода, ее специфичности, также желания властей проводить конфигурации в городке. Чтоб участвовать в програмке модернизации, каждый моногород должен представить КИП – полный вкладывательный план. К огорчению, далековато не во всех городках управляются с поставленной задачей. «Например, из 35 моногородов, отобранных для господдержки в 2010 году, 9 городов не смогли на тот момент предложить реалистичных планов развития, которые могли бы быть поддержаны государством, а это четверть претендентов», – поведала «Известиям» Ира Макиева, глава рабочей группы по модернизации моногородов при правительственной комиссии по экономическому развитию и интеграции, зампред Внешэкономбанка. По ее словам, самой всераспространенной неувязкой КИПов стало отсутствие полного анализа и осознания потенциала развития моногорода, также слабенькая проработка инфраструктурных и вкладывательных проектов, что не дозволяло принимать решения о господдержке. «Что логично, – считает Андрей Пушкин, управляющий партнер компании Tenzor Consulting Group. – Создание инвестплана – это труд, который стоит суровых средств. В среднем – от 5 до 20 млн рублей. Отменно написать его силами администрации навряд ли получится. А тратиться на экспертов из особых институтов может для себя дозволить далековато не каждый город».

Вправду, целый ряд моногородов не сумел создать высококачественные, поточнее, проработанные комплексные вкладывательные планы. Более всераспространенной неувязкой КИПов моногородов являлось отсутствие полного анализа и осознания потенциала развития моногорода, также слабенькая проработка инфраструктурных и вкладывательных проектов, что не дозволяло принимать решения о господдержке. Совместно с тем роль в правительственной програмке позволило «подтянуться» и остальным моногородам; некие городка оперативно внесли корректировки в свои программы развития. К примеру в Тутаеве Ярославской области на высвобождаемых площадях градообразующего компании начато создание новейшего промышленного парка. Тем более КИПы системно делему не решают, считает аналитик Института экономики городка Герман Ветров. Крупная часть городов, которая «добралась до федеральных денег», написала, как сказано выше, слабенькие инвестпланы. И общественная их неувязка – они представляют из себя кальку с уже имеющихся программ. «Скорее это полный план того, чего же городка желали бы, нет упора на модернизационной программе», – резюмирует Ветров.

С иной стороны, считает Макиева, в 26 моногородах (это 75%) уже на данный момент создается нужная инфраструктура, и запускаются большие проекты, направленные на диверсификацию экономики. В качестве примеров можно привести Прокопьевск и Таштагол Кемеровской области, Набережные Челны в Татарстане, Усть-Илимск Иркутской области, Новочебоксарск Чувашской Республики и целый ряд остальных городов.

Непременно, диверсификация «моноэкономики» нужна сначала проблемным городкам. К примеру, там, где градообразующими выступают сырьевые компании с выработанными месторождениями либо компании с неконкурентоспособными в нынешнее время производствами. Нуждается в их и «металлическая» индустрия. Металлургические зоны есть, к примеру, в Челябинской и Свердловской областях. «Однако индивидуальностью новейших вкладывательных проектов в таковых зонах является продолжительность сроков их подготовки к запуску, за один год металлургические проекты не реализуются», – объясняет Ира Макиева. Хотя уже есть примеры удачных проектов в области металлургии: к примеру, рядом с моногородом Череповцом Вологодской области в индустриальном парке «Шексна» открыто 1-ое предприятие парка – трубопрофильный завод «Шексна». Ряд проектов в области металлургии, в том числе с ролью Внешэкономбанка, реализуется либо проектируется в моногородах Свердловской области и Республики Башкортостан.

По оценке Минрегионразвития, в 10-летней перспективе возможна трудовая миграция из числа тех моногородов, где природные ресурсы уже исчерпываются и их транспортировка становится невыгодной. «Даже точечные меры поддержки стимулируют изменение городской среды в положительную сторону – городка получают «второе дыхание», – констатировал замминистра регионального развития Юрий Осинцев в процессе доклада на интернациональной конференции по развитию моногородов. Один из личных примеров – моногород Камские Поляны, где лишь за счет введения в эксплуатацию модульной котельной сократились издержки по теплопотерям. Как следствие – удалось понизить коммунальные тарифы на 25%.

В этом году на трибунал заинтересованных городов, министерств и ведомств был представлен рамочный законопроект о моногородах, который был должен приниматься на региональном уровне. Коллектив юристов во главе с Андреем Пушкиным взялись приготовить документ по своей инициативе. Специалисты и представители моногородов, которым законопроект был разослан в летнюю пору, оценивали их инициативу с оптимизмом. Но иная сторона – Минрегионразвития и ряд остальных министерств, по словам Пушкина, окрестили документ ненадобным, а из Совета Федерации ответа и совсем не последовало. Вообщем, член Комитета по промышленной политике Совета Федерации Юрий Кузнецов сказал «Известиям», что к ним схожий законопроект вообщем не поступал. «И я считаю, что закон о моногородах не нужен. Не нужно писать отдельный закон под каждую проблему», – говорит он. Необходимо сосредоточиться на правильной оценке ситуации, используя имеющуюся буковку закона. «Я вижу трудности у моногородов в металлургии, – соглашается Кузнецов. – Приближается мировой кризис, пусть и было некоторое его замедление. Такие кризисы постоянно приметны в падении инвестиций. Спрос на инвесттовары свалится, и, а именно, это затронет сплав. Пусть не завтра не через полгода, но таковая ситуация проглядывается». Потому мыслить о решении трудности необходимо тут и на данный момент. Что будет с моногородами в различных отраслях, в том числе в «металлической»? И как решать эту делему? Ответ Кузнецова – в госпрограмме экстренной помощи. В случае умирания моногорода необходимы подъемные на компанию переезда населения, также более-менее длительные соцвыплаты. Не обойтись без приглашения независящих консультантов – профессионалов, не аффилированных с властными структурами и иными, возможно, заинтересованными сторонами.

Сергей Журавлев, управляющий коммуникационного проекта «Российский дом будущего», частично критикует существующую госпрограмму. Он уверен, что русским моногородам нужна программа госинвестиций, а не госкредитов. Нужно, как считает собеседник «Известий», создавать програмку передвижения из угасающих моногородов и особое внимание уделять градостроительной политике монопрофильных территорий.

По собственному пути

Моногорода в нашей стране не были русским изобретением. Индустриальное преобразование экономики Петра I отдало Рф рабочие места на суконных мануфактурах и железоделательных заводах в Туле, на Урале и в Подмосковье. Часть тех первых монопоселков так и осталась монопрофильными территориями.

Сначала 1930-х годов монопрофильные городка появлялись в основном как часть территориально-производственных комплексов, где на одной площадке создавался сходу комплекс компаний, – к примеру, Магнитка, Новокузнецк, Апатиты. Часть монопрофильных городов периода индустриализации была построена силами заключенных ГУЛАГа, в том числе Воркута, Норильск.

Существенное число моногородов появилось в период Великой Отечественной войны в процессе эвакуации компаний. Много узкоспециализированных центров посреди «городов-энергетиков», в большей степени сложившихся при тепловых и атомных электростанциях, – Волгореченск, Кировск (Ленинградская область), Новомичуринск. Узенькая специализация свойственна и почти всем центрам добычи нефти и газа (Нефтеюганск, Урай, Мегион, Нефтегорск). Возникли узкоспециализированные центры исходной стадии производства (добыча угля, руд стальных и цветных металлов, горно-химического сырья, ископаемого строительного сырья, их обогащение).

Программа действует

В Республике Татарстан активно идет создание индустриальных парков «Камские Поляны» (г. Камские Поляны) и «Чистополь» (г. Чистополь), в рамках которых начата реализация проектов с инноваторским уклоном.

В Кемеровской области, где размещается 17 моногородов, в каких проживает наиболее 70% от общего населения, принят закон «О зонах экономического благоприятствования». Резиденты особенных зон получают право на налоговые и административные преференции, субсидирование части процентной ставки по банковским кредитам, льготы по аренде. Средства федерального бюджета в размере 2,1 миллиардов руб., выделенные региону в рамках программы, дозволили начать реализацию 17 вкладывательных проектов, инвестиции по которым составят наиболее 18 миллиардов руб., будут сделаны 3,5 тыс. рабочих мест. Это уже дает свои результаты: в Таштаголе – новенькая обогатительная фабрика по производству марганца, в Ленинске-Кузнецком – построенный сервисный центр Komatsu.

В Чувашии (г. Новочебоксарск) создается территория опережающего развития, в рамках которой будет работать инноваторский кластер «Солнечная долина». В Вологодской области (г. Сокол) реализуются проекты по производству склеенного бруса на Сокольском ЦБК и строительству завода по производству биотоплива.