Оценка итогов русской приватизации сложное дело. Сами приватизационные процедуры проходили настолько нечестно и непрозрачно, что, вправду, просто жонглировать цифрами малых доходов страны от их реализации в 1990-е и нынешней рыночной стоимостью, апеллируя к необходимости национализации вот, дескать, видите, как нас ограбили, давайте всё это у буржуев отберем и отдадим народу. Но ежели глядеть на вещи объективно, то приватизация, какой бы нечестной она ни была, привела к возникновению в Рф сектора экономики, который оказался довольно конкурентоспособным и обеспечил нам тот экономический рост, благодаря которому в 2000-е средние темпы роста настоящих доходов людей превосходили 12% в год (такие темпы «благодаря» кризису уже в прошедшем, но тяжело отрицать, что благосостояние всех групп населения в крайние 12 лет серьезно подросло).
Возьмем, к примеру, нефтяную индустрия. Да, она была приватизирована за сущие копейки по сопоставлению с ее настоящей сегодняшней стоимостью.
Но не стоит забывать ряда обычных вещей: посреди 1990-х наша нефтедобыча находилась в ужасном упадке, доставшемся в наследство от коммунистических времен. Падение нефтедобычи, начавшееся в 1988 году, к 1991-му получило обвальный нрав, а к 1996 году создание нефти сократилось до немногим наиболее 300 млн т, упав практически в два раза к уровню 1987 года (570 млн т). Сейчас в это тяжело поверить, но правительству Егора Гайдара приходилось брать займы у Глобального банка, мотивированным образом созданные для реабилитации нефтедобычи правительство дотировало падающую добычу за счет иностранных займов!
Так что к середине 1990-х наш нефтедобывающий сектор совсем не был никакой «дойной коровой».
Напротив, посреди управления нефтяных госпредприятий царили воровство и вывод доходов и активов в офшоры. Очереди брать это хозяйство не было иностранные компании, к примеру, акции наших нефтяных компаний брать отрешались.
Низкие цены пакетов акций нефтекомпаний на залоговых аукционах определялись не в последнюю очередь и сиим.
А что все-таки личный сектор? Получив нефтянку в собственность, за недлинные сроки он успел вывести ее из полуобморочного состояния в мировые фавориты добыча выросла с 300 млн т в год до наиболее чем 500 млн т, выведя Россию в мировые фавориты, в 2000–2004 годах (до того времени, пока не началась частичная ренационализация) средние темпы роста нефтедобычи составляли 8,5% в год.
Выросли инвестиции, средний дебит скважины, раскрывались и вводились в действие новейшие месторождения всё это силами личных компаний. Непрофессионал произнесет: ну и что, если б нефтянка осталась в руках страны, всё было бы еще скорее, выше, посильнее.
Ничего подобного. Вот для вас противоположный пример: «Газпром».
Он пошел по принципиально иному пути развития: 1 июня 1992 года Борис Ельцин подписал указ № 538 «Об обеспечении деятельности Единой системы газоснабжения страны», предопределивший сохранение «Газпрома» как централизованной неделимой компании под преимущественным контролем страны. Всё как грезит Эдуард Лимонов.
И что? Хотя «Газпром» вошел в 1990-е в несоизмеримо лучшем положении лишь что построенная инфраструктура, не было провала по добыче, относительно новейшие главные фонды, к началу 2000-х он подошел в состоянии полной стагнации добывающего хозяйства.
В 2011-м «Газпром» добыл 513 миллиардов кубометров газа столько же, сколько и в 2001-м и на 6% меньше, чем в… 1999 году.
За прошедшие годы у компании наиболее чем в два раза выросли издержки на баррель добычи, резко возрос долг.
На фоне личной нефтянки картина просто страшная.
Некорректно считать, что обладатели нефтяных компаний просто получили в собственность свои активы и прохлаждаются для себя на яхтах.
Они платят большие налоги: в прошедшем году лишь четыре наикрупнейшие нефтедобывающие компании страны заплатили в бюджет практически $150 миллиардов, что составляет наиболее 40% от их выручки и поболее трети от всех доходов федерального бюджета. Этот сектор приносит в бюджет чрезвычайно отличные средства.
Сравните с низким уровнем доходов страны от той принадлежности, которая у него уже есть: общий размер поступлений федерального бюджета от использования госимущества составляет всего только ничтожный 1% от экономных доходов!
Еще больше впечатляющая история фуррора угольная индустрия. Почти все помнят, в котором чертовском состоянии находилась эта ветвь в конце 1980-х начале 1990-х: забастовки, большие госсубсидии (наиболее 3% ВВП), падение добычи и спроса на продукцию.
В итоге приватизации и реформ удалось на сто процентов снять угольную ветвь с иглы муниципальных дотаций, производительность труда за десятилетие выросла в два раза, добыча выросла практически до 350 млн т в год. Самое основное: Наша родина в первый раз за свою историю в конце 1990-х в первый раз стала нетто-экспортером угля, начав создавать его больше, чем потребляла сама.
Такового в русское время не было. На данный момент мы на 3-ем месте в мире по экспорту угля на мировой рынок РСФСР, которая в русский период была нетто-потребителем угля, такое не снилось.
Резко снизилась смертность на угольных шахтах несколько лет назад трагедия на Распадской стала катастрофой, но в 1980-е и 1990-е такие трагедии случались еще почаще. Может ли национализация сделать лучше положение дел?
Ежели глядеть на мировой опыт, фактически нигде она не заканчивалась фуррором. Ирак, Иран, Кувейт, Нигерия, Ливия, Венесуэла вот список огромнейших нефтедобывающих государств, где После национализации добыча падала и или так не восстанавливалась до прежнего уровня, или росла за счет открытия нефтяного сектора для личных инвесторов.
Да вот у нас под боком большой госсектор, от «Газпрома» до РЖД, с низкой производительностью труда, низким уровнем поступлений в бюджет неуж-то это наилучшая кандидатура?… Вывод: ежели вы считаете приватизацию несправедливой, предложите собственникам проданных активов доплатить, а ренту давайте изымать через налоги.
Вроде бы плохо не приватизировались активы, национализация нехорошее слово. Выкиньте его из собственного словаря.